автор лого - Климентий Левков Дом ученых и специалистов Реховота
(основан в июле 1991 года)
 
 
В Доме ученых и специалистов:
----------------
 
 
Дневник
мероприятий
Архив Форум
 
Дом ученых и специалистов Реховота

З Н А Н И Е
Периодическое издание для молодежи
выпуск 14



С. Михоэлс,
советские евреи, Сталин
и "синдром Вениамина Третьего"


 

Яков Иовнович

 

      

 

"Я много говорю о правде – не потому, что так уж люблю её,     
а потому, что она меня всегда очень беспокоит"    
С. Михоэлс "Из записной книжки"    

 

В ночь на 13 января 1948 г. на окраине Минска был зверски убит один из виднейших представителей еврейской общественности СССР, обладатель всех возможных наград, существовавших в то для время для советских деятелей искусств Соломон Михайлович Михоэлс. Убийство было инсценировано как автомобильная катастрофа. Так пожелал "вождь всех народов" известный сценарист многих убийств и преступлений против человечества Иосиф Сталин. Тайна зверского убийства до недавнего времени скрывала истинные причины и детали всех обстоятельств этого отдельно взятого преступления сталинского режима. Но обнародованные в последнее время версии убийства Михоэлса, то ли ввиду отсутствия прямых улик, то ли преднамеренно настаивают на таких причинах убийства, которые не выдерживают испытание логикой.

 

Судите сами: за длительное время до убийства карательные органы советской власти готовят версию подрывной деятельности С. Михоэлса, якобы передавшего представителям враждебных стран секрет- ную информацию о болезни Сталина. Следствие ведется по всем правилам теории идеолога сталинских пыток А. Вышинского. Под пытками выбиваются свидетельские показания, выстраивается четкая ло- гика заговора с целью враждебной деятельности. Все идет по заготовленному сценарию. Но зачем же тогда торопиться? Прерывать идущее в "верном направлении" следствие и убивать С. Михоэлса исподтишка, на окраине удаленного от столицы страны города и устроив ему при этом государственные похороны?

 

Согласитесь, что были здесь другие обстоятельства, участником которых был С. Михоэлс, но которые затрагивали не столько его, сколько еще одну сторону четырехугольника "Советские евреи – Михоэлс – Сталин - Израиль". Безусловно, С. Михоэлс был не только выдающимся актером, талантливо представлявшим обобщенный образ еврея на сцене, он был выдающимся выразителем поведения еврейской натуры в реальной жизни. Можно сказать, что именно он в рамках тех выразительных средств, которые существовали в то время, выражал образ советского еврея в действительности. И поскольку судьба "советского еврея" на закате сталинского режима была предопределена, также как и судьба евреев в рамках гитлеровского режима, гибель С. Михоэлса была неминуема. Более того, он оказался невольной жертвой той смертельной невидимой схватки, которая произошла между Сталиным и советскими евреями.

 

Давайте для начала определим условия этого поединка.. Советские евреи в подавляющем своем большинстве были лояльны сталинскому режиму, мужественно воевали на фронтах войны, отлично работали в тылу и в период мирного времени. Но противостояние Сталина и советских евреев было предопределено не тем, что евреи как граждане страны были в чем- то виновны перед сталинским режимом. Суть конфликта – в другом. Перед всеми возомнившими себя «властелинами» мироздания, такими, как Гитлер и Сталин, всегда стоит проблема аксиоматики построения их империй. Она всегда находится в противоречии с основами мироздания, определяемой заповедями еврейского народа, определенными три с половиной тысячи лет назад и не изменившимися ни на один знак в их буквенной интерпретации. Здесь не место развивать эту тему, однако используя математически подход можно сказать, что "10 заповедей" - это непротиворечивая и полная система. Это значит, что заменив хотя бы одну из данных аксиом, мы нарушаем целостность всей системы. Сталин и Гитлер многое нарушали в этой системе. В частности, шестую из десяти заповедей – «Не убивай!». У них она заменена другой – «Если целесообразно, то убивай!». Как же иначе можно расправляться с неугодными? Если запретить убивать, то система основ сталинской и гитлеровской морали станет несостоятельной. Для разрешения противоречия нужно искоренить генетических носителей «10 заповедей». И тогда останется только та система ценностей, которую он, Сталин, установил. Ведь он достиг почти невозможного – господства над половиной Земного шара. Покончив с неверными «лицами еврейской национальности» и в конце концов окончательно завоевав весь мир, можно будет стать единственным хозяином всего Земного шара.

 

Справедливости, надо отметить, что отрицательные черты сталинской натуры сыграли трагическую роль не только в отношении евреев. Еще будучи наркомом по делам национальностей, Сталин, раскроил географическую карту Советского Союза так, что уже в её основе заложил очаги будущих конфликтов, разгоревшихся через семьдесят лет на Кавказе и не только в этом регионе. Безусловно, его злоба и недоверие ко всему и вся сыграли зловещую роль в убиении миллионов невиновных людей всех народов и наций. Но с идеологической точки зрения основной конфликт Сталина состоял в противоречии с "10 заповедями", заложенными в недрах еврейского сознания, какими бы верно поданными они не казались. Это - увертюра конфликта

А далее события развивались так.

Как известно, 29 ноября 1947 г. Генеральная Ассамблея ООН принимает решение о создании Государства Израиль. Немалую роль в этом сыграл Сталин. Цель его была понятна – выбить Англию и Францию из района Ближнего Востока. Создание Государства Израиль - хороший путь для осуществле- ния этой задачи. На заседании Генеральной Ассамблеи ООН делегат от СССР А. Громыко однозначно высказывается за создание Государства Израиль.

 

Ровно через месяц в Москве, в Политехническом Музее, собрался битком набитый зал, чтобы отметитить юбилейную дату ( 110 лет со дня рождения ) "дедушки еврейской литературы" Менделе Мойхер Сфорима ( в переводе с идиш – "Менделе – продавец книг", литературный псевдоним Шолом-Якова Абрамовича), автора еврейского "Дон Кихота" , "Путешествия Вениамина Третьего", повести о мечтателе Вениамине, уговорившего еврейского Санчо-Пансу Сендерла отправиться с ним на поиски десяти пропавших колен. Далее цитируем по книге воспоминаний дочери С. Михоэлса Натальи Вовси- Михоэлс "Мой отец Соломон Михоэлс", Тель-Авив, 1984 , стр. 242. "Зал был набит до отказа.

Со вступительным словом выступил Михоэлс, после чего они с Зускиным сыграли отрывок из "Путешествия Вениамина Третьего". Свое выступление Михоэлс начал так: "Вениамин, отправившись на поиски земли обетованной, спрашивает встреченного на пути крестьянина: "Куды дорога на Эрец Исраэль?". И вот недавно, с трибуны Организации Объединенных Наций, товарищ Громыко дал нам ответ на этот вопрос!".

 

Боже, что произошло с залом в ответ на этот неприкрытый призыв Михоэлса! Раздался буквально шквал рукоплесканий. Люди повскакали со своих мест, отец же стоял бледный, неподвижный, потрясенный такой реакцией зала. Овации длились, наверное, минут десять. Затем был показан фрагмент из "Вениамина". Назавтра, за два дня до Нового сорок восьмого года, отец поехал на радио прослушать запись своего выступления. Вернулся он встревоженный- запись оказалась размагниченной… "Это плохой признак",- сказал он мне по-еврейски. Меня удивило, зачем он вообще поехал на радио, ведь обычно его нельзя было заставить отредактировать стенограмму, присланную на дом.

Но отец з н а л, что это выступление ему даром не пройдет, и хотел лишь окончательно убедиться в своем предположении…". Реакция зала неожиданно показала Сталину, что советские евреи инфицированы бациллой той самой тоски по "обетованной Земле", которую искал герой Михоэлса. Ответная реакция Сталина на такое поведение "лиц еврейской национальности" было незамедлительной. Через две недели Михоэлс был убит без суда и следствия. Для этого был использована его поездка в Минск, запланированная заранее. Сценарий был подготовлен наскоро, его коллега по командировке режиссер Р. Симонов был заменен на "искусствоведа в штатском" театрального критика В. Голубева, «ведшего» Михоэлса по заданию органов и убитого вместе с ним. Эта была кровавая расправа с Михоэлсом как представителем советских евреев, в которых пробудился синдром "Вениамина Третьего", синдром стремления к Земле Обетованной. В этом суть трагического конфликта.

 

Впереди была продолжение трагической схватки Сталина с советскими евреями. Оно имеет определенную календарную дату- Рош а-шана 1948 г.. За описанием фактов лучше всего обратиться к воспоминаниям Голды Меир (цитируется по изданию Голда Меир. "Моя жизнь", перевод с иврита Р. Зерновой, "Библиотека Алия", 1985г.) "Несколько дней спустя наступил праздник Рош-ха-Шана - еврейский Новый год. Мне говорили, что по большим праздникам в синагогу приходит гораздо больше народу, чем просто по субботам, и я решила, что на новогоднюю службу посольство опять явится в полном составе.

Перед праздником, однако, в "Правде" появилась большая статья Ильи Эренбурга, известного советского журналиста и апологета, который сам был евреем. Если бы не Сталин, набожно писал Эренбург, то никакого еврейского государства не было бы и в помине.

Но, объяснял он, "во избежание недоразумений" государство Израиль не имеет никакого отношения к евреям Советского Союза, где нет еврейского вопроса и где в еврейском государстве нужды не ощущается. Государство Израиль необходимо для евреев капиталистических стран, где процветает антисемитизм.

И вообще, не существует такого понятия - "еврейский народ". Это смешно, так же, как если бы кто-нибудь заявил, что люди с рыжими волосами или с определенной формой носа должны считаться одним народом. Эту статью прочла не только я, но и все евреи Москвы. И так же, как я, поскольку они привыкли читать между строк, они поняли, что их предупреждают: от нас надо держаться подальше. Тысячи евреев сознательно и отважно решили дать свой ответ на это мрачное предостережение - и этот ответ, который я видела своими глазами, поразил и потряс меня в то время и вдохновляет меня и теперь.

Все подробности того, что произошло в тот новогодний день, я помню так живо, как если бы это было сегодня, и волнуюсь, вспоминая, ничуть не меньше, чем тогда.

В тот день, как мы и собирались, мы отправились в синагогу. Все мы - мужчины, женщины, дети - оделись в лучшие платья, как полагается евреям на еврейские праздники. Но улица перед синагогой была неузнаваема. Она была забита народом. Тут были люди всех поколений: и офицеры Красной армии, и солдаты, и подростки, и младенцы на руках у родителей. Обычно по праздникам в синагогу приходило примерно сто-двести человек - тут же нас ожидала пятидесятитысячная толпа. В первую минуту я не могла понять, что происходит, и даже - кто они такие. Но потом я поняла. Они пришли - добрые, храбрые евреи - пришли, чтобы быть с нами, пришли продемонстрировать свое чувство принадлежности и отпраздновать создание государства Израиль. Через несколько секунд они обступили меня, чуть не раздавили, чуть не подняли на руках, снова и снова называя меня по имени. Наконец, они расступились, чтобы я могла войти в синагогу, но и там продолжалась демонстрация. То и дело кто-нибудь на галерее для женщин подходил ко мне, касался моей руки, трогал или даже целовал мое платье. Без парадов, без речей, фактически - без слов евреи Москвы выразили свое глубокое стремление, свою потребность - участвовать в чуде создания еврейского государства, и я была для них символом этого государства.

 

Я не могла ни говорить, ни улыбнуться, ни даже помахать рукой. Я сидела неподвижно, как каменная, под тысячами устремленных на меня взглядов. Нет такого понятия - еврейский народ! - написал Эренбург. Евреям Советского Союза нет дела до государства Израиль! Но это предостережение не нашло отклика. Тридцать лет были разлучены мы с ними. Теперь мы снова были вместе, и, глядя на них, я понимала, что никакие самые страшные угрозы не помешают восторженным людям, которые в этот день были в синагоге, объяснить нам по-своему, что для них значит Израиль. Служба закончилась, и я поднялась, чтобы уйти, - но двигаться мне было трудно. Такой океан любви обрушился на меня, что мне стало трудно дышать; думаю, что я была на грани обморока. А толпа все волновалась вокруг меня, и люди протягивали руки и говорили "наша Голда" и "шалом, шалом", и плакали.

 

Две фигуры из всех я и теперь вижу ясно: маленького человека, все выскакивавшего вперед со словами: "Голделе, лебн золст ду, Шана това" (Голделе, живи и здравствуй, с Новым годом!) и женщину, которая только повторяла: "Голделе! Голделе!", улыбаясь и посылая воздушные поцелуи.

 

Я не могла бы дойти пешком до гостиницы, так что, несмотря на запрет евреям ездить по субботам и праздникам, кто-то втолкнул меня в такси. Но такси тоже не могло сдвинуться с места - его поглотила толпа ликующих, смеющихся, плачущих евреев. Мне хотелось хоть что-нибудь сказать этим людям, чтобы они простили мне нежелание ехать в Москву, недооценку силы наших связей. Простили мне то, что я позволила себе сомневаться - есть ли что-нибудь общее между нами Но я не могла найти слов. Только и сумела я пробормотать, не своим голосом, одну фразу на идиш: "А данк айх вос ир зайт геблибен иден!" ("Спасибо вам, что вы остались евреями!") И я услышала, как эту жалкую, не подходящую к случаю фразу передают и повторяют в толпе, словно чудесное пророчество. Наконец, еще через несколько минут, они дали такси уехать. В гостинице все собрались в моей комнате. Мы были потрясены до глубины души. Никто не сказал ни слова. Мы просто сидели и молчали.

 

Откровение было для нас слишком огромным, чтобы мы могли это обсуждать, но нам надо было быть вместе. Эйга, Лу и Сарра рыдали навзрыд, несколько мужчин закрыли лицо руками. Но я даже плакать не могла. Я сидела с помертвевшим лицом, уставившись в одну точку. И вот так, взволнованные до немоты, мы провели несколько часов. Не могу сказать, что тогда я почувствовала уверенность, что через двадцать лет я увижу многих из этих евреев в Израиле.

Но я поняла одно: Советскому Союзу не удалось сломить их дух; тут Россия, со всем своим могуществом, потерпела поражение. Евреи остались евреями.

Кто-то сфотографировал эту новогоднюю толпу - наверное, фотография была размножена в тысячах экземпляров, потому что потом незнакомые люди на улице шептали мне еле слышно (я сначала не понимала, что они говорят); "У нас есть фото!"".

Вот он, второй сигнал для Сталина. Те самые евреи, которые казалось, так верны ему в бою и в мирное время, таят в себе тот самый "синдром Вениамина Третьего". Значит, эпизод с Михоэлсом в Политехническом Музее был не случаен. Такой народ с его тяготением к "Земле обетованной" не вписывается в его систему братских народов, живущих по указаниям вождя. И народа такого – "евреи" нет, он ведь подготовил определение народа, а они под это определение не подходят. Не говорят на одном языке, не живут на одной территории.

Значит, не народ. И этот синдром стремления к Израилю. Этак своим поведением они заразят другие народы. Это уже опасно. От них нужно избавляться. Раз и навсегда. Настало время. Пора.

И через несколько месяцев, в январе 1949 г., в газете "Правда" появляется статья о борьбе с космополитами - известными критиками с характерными еврейскими фамилиями — И.И.Юзовский, А.С.Гурвич, Л.И.Варшавский и А.М.Борщаговский — они были охарактеризованы как «последыши буржуазного эстетства», которые «утратили свою ответственность перед народом; являются носителями глубоко отвратительного для советского человека, враждебного ему безродного космополитизма; они мешают развитию советской литературы, тормозят её движение вперед. Им чуждо чувство национальной советской гордости». (цитируется по http://his.1september.ru/view_article.php?id=200900406) Написано про театр, а речь идет в статье, скорее всего отредактированной Сталиным, о другом - о неверности "отцу народов".

 

13 февраля 1949 года Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем. Сталин решил, что первоначальный сценарий надо менять. А«Синдром Вениамина Третьего» нужно искоренить. Был инсценирован взрыв во дворе Советского Посольства в Тель-Авиве, в результате которого было ранено три человека. Теперь Государство Израиль уже открыто рассматривалось в Кремле как чуждое образование. Потом был арест Антифашистского Комитета, следствие, продолжавшееся несколько лет, расстрел 12 августа 1952 г., потом "дело врачей", в ходе которого С. Михоэлс был посмертно обвинен во всех возможных грехах (вот тогда и пригодилось начавшееся задолго до убийства "дело" против него), за которым должно было последовать "окончательное решение еврейского вопроса" в СССР. Но это, как всегда в истории, не произошло. Еще 27 февраля 1953 г. хозяин страны и половины Земного шара сидел в ложе Большого Театра, восхищаясь музыкой П. Чайковского, на завтра просматривал кинофильм, находясь в приличной физической форме, а в середине следующего дня (заметим, что это был Пурим !) он уже лежал на ковре своего кабинета, на пороге смерти («Воспоминания начальника личной охраны Сталина И. Рыбкина», журнал «Социологические исследования»,1990 , №3). Так завершилась его борьба с евреями. И приостановлено "дело врачей", а подсудимые выпущены на свободу. Это была его, Сталина, игра не на жизнь, а на смерть. Игра, которую он проиграл…

 

С. Михоэлс, был преданным Советской стране гражданином. 28 августа 1941 г. после назначения Председателем Антифашистского Комитета, он писал в газете "Советское искусство": "Сегодня мы с особой страстью говорим о любви к нашей Родине, ибо наша Великая Родина – это молодость, это величайшая гуманистическая культура…". Его любовь к Советской Родине отличалась от любви Сталина к ней, перефразируя К. С. Станиславского в том, что С. Михоэлс любил Советскую Родину в себе, а Сталин любил в этой Родине себя и только себя, любимого всеми.

 

Последние часы до своей последней поездки в Минск, за несколько дней до злодейского убийства, С. Михоэлс провел среди друзей, один из которых, М. Беленький (цитируется по материалам М. Гейзера, опубликованным в Интернете http://www.sem40.ru/anti/1445/…) вспоминал:

«Михоэлс достал из портфеля бутылку водки. Мы выпили по стопке, он сам неожиданно для нас закрыл бутылку корковой пробкой, и сказал: "Это пусть останется до весны. У нас будет повод допить эту бутылку, весной будет большой праздник у всех евреев мира". Он гордился тем, что его страна поддержала создание будущего Государства Израиль…

 

Перед отъездом в Минск, прощаясь со своей супругой Анастасией Павловной, на пороге своего дома С.М. Михоэлс сказал своей супруге "Запиши, Асенька, мой маленький рассказ Скрипка", я хотел его поместить в сценарий "Фрейлехс", но не успел, а сейчас, боюсь, что не сумею рассказать никогда".

В рассказе – притче говорилось, в частности, о скрипаче, которого позвали играть на свадьбу, и в невесте он узнал ту, которую любил и к которой тянулся…". И скрипка была разбита – "Надоело играть на чужих свадьбах. На своей играть хочу, а своей свадьбы нет!" . И народу надоело играть на чужих свадьбах. Только надо ли разбивать скрипку?". (цитируется по книге М. Гейзер."Соломон Михоэлс, М.,1990, стр.178). Что имел в виду, рассказывая эту притчу, Соломон мудрый наших дней ?...

А «синдром Вениамина Третьего" вновь раскрылся через много лет, в 90-е годы, когда сотни тысяч "лиц еврейской национальности" покидали насиженные поколениями места и переезжали на "обетованную Землю". Ни колбаса, ни манна небесная, ни уговоры работников Сохнута направляли их. Это был все тот же "синдром Вениамина Третьего"…

      

октябрь, 2009 г.   

Copyright © © BEIT HAMADANIM, REHOVOT    
ISSN – 1565-9828   

Фотографии из архива Эльши Безверхней. Отзывы и заказы по тел. 08-9455328, 050-9455328    




Страница 1 из 1
ГлавнаяКонтактыПлан на текущий месяц     copyright © rehes.org
Перепечатка информации возможна только при наличии согласия администратора и активной ссылки на источник! Редакция не несет ответственности за отзывы, оставленные посетителями под материалами, публикуемыми на сайте. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.