English   Hebrew   
автор лого - Климентий Левков
Дом ученых и специалистов Реховота
(основан в июле 1991 года)
 
 
В Доме ученых и специалистов:

Все статьи

Выдающиеся евреи


Другие статьи автора

Казнь во имя жизни «Живёт в Палестинской автономии молодой арабский парень, ему уже 16 лет, он почти взрослый и надо как-то зарабатывать деньги, чтобы помогать семье. А устроиться на работу у себя в автономии практически...»

 

Склероз Европы «Читаешь о росте антисемитизма в Европе и удивляешься тому, насколько коротка у европейцев историческая память. А неплохо бы вспомнить, что принесли Европе евреи и к чему приводило их отсутствие. Европу связывает с евреями многовековая история, знавшая лучшие и худшие...»


 

Архив мероприятий ДУиСР:

 2015-2016 год
 2014-2015 год
 2013-2014 год
 2012-2013 год
 2012 год
 2011 год
 2010 год
 2009 год
 2008 год
 2007 год

Aвторы ДУиСР :

Яков Иовнович, Юлия Систер, Климентий Левков, Феликс Сромин, Реувен Бесицкий. Эдуард Коркотян и другие...


Правила публикации статей, научных работ... на cайте или форуме Дома ученых и специалистов

 

"Вестник Дома ученых и специалистов Реховота"

 

Издания Дома ученых и специалистов Реховота



Мероприятия в Научно-исследовательском центре "Русское еврейство в зарубежье
----------------
 
 
Дневник
мероприятий
Архив Форум
 
Дом ученых и специалистов Реховота

 

июнь, 2017 г.

 

Памяти Иона Дегена

 

Проф. Феликс Сромин

 

28 апреля 2017 года в Израиле на 92 году жизни умер замечательный человек, легендарная личность, смелый воин 2-ой Мировой войны, талантливый врач, доктор медицинских наук, замечательный поэт и писатель, еврей по национальности, Ион Деген.

 

Этот человек сделал много хорошего в жизни, что снискало ему почёт и уважение людей, но прославило его на весь мир, написанное им короткое стихотворение, состоящее всего из восьми строк. По всеобщему мнению оно сильнее, чем многие крупные литературные произведения, отразило жестокую правду войны.

 

Мой товарищ, в смертельной агонии
    Не зови понапрасну друзей.
    Дай-ка лучше согрею ладони я
    Над дымящейся кровью твоей.

            Ты не плач, не стони, ты не маленький,
            Ты не ранен, ты просто убит.
            Дай на память сниму с тебя валенки.
            Нам ещё наступать предстоит.

 

Многие годы это стихотворение ходило в рукописи без имени автора, и считалось народным. Но со временем стало известно, что его написал в декабре 1944 года, в разгар Великой отечественной войны, 19-ти летний парень, по возрасту мальчишка, но уже опытный воин-танкист, неоднократно горевший в танке, многократно раненый, но возвращающийся в строй, Ион Деген.

 

Ион Лазаревич Деген родился 4 июня 1925 года на Украине в городе Могилёв- Подольский в еврейской семье медиков. Его отец по профессии был простым фельдшером, но считался великолепным диагностом. Для согласования того или иного диагноза, в сложных случаях, его приглашали даже дипломированные врачи в профессорском звании. К сожалению, он умер, когда Иону было всего 3 года. Его мать работала медицинской сестрой в городской больнице. Рано оставшись без мужа, одна воспитывала сына. Она любила сына, но была с ним строга и частенько наказывала его за проделки.

 

Из-за трудных семейных обстоятельств в 12 лет Ион пошёл работать помощником кузнеца. В школе учился хорошо, увлекался литературой, зоологией и ботаникой, активно участвовал в общественной жизни. По его собственным словам, "рос юным фанатиком, беззаветно преданным коммунистическому строю". 15 июня 1941 года после окончания 9-го класса Ион поехал пионервожатым в пионерский лагерь. А через неделю его застала здесь начавшаяся война. Ион, как неподлежащий по возрасту мобилизации, должен был эвакуироваться, но сбежал из эвакуационного эшелона. И сразу же добровольцем поступил в "истребительный батальон", состоящий, в основном, из учеников девятых и десятых классов, т.е. таких, как и он, 16-ти летних мальчишек. Немцы стремительно наступали, его часть попала в окружение, из которого они с боями вырвались. Он был ранен в ногу, попал в госпиталь, где собирались эту ногу ампутировать, но благодаря его сопротивлению и умению врачей, всё же, обошлось без этого. Здесь у него впервые возникло глубокое уважение к врачам, сыгравшее значительную роль в дальнейшем выборе профессии.

 

После выздоровления Ион Деген вернулся в действующую армию, был определён в разведку, и вскоре стал командиром отделения разведки. В октябре 1942 года, при выполнении разведзадания в тылу противника был снова ранен, и попал в госпиталь. После выписки из госпиталя был направлен на учёбу в танковое училище, которое окончил весной 1944 года с отличием.

 

Вся дальнейшая его служба проходила в боевых танковых войсках, он стал командиром танка, затем командиром взвода и командиром танковой роты. Экипаж танка, которым он командовал, уничтожил 16 вражеских танков и самоходных орудий, а также большое количество пушек, пулемётов и живой силы противника.

 

Он неоднократно горел в танке, терял своих друзей, сам не раз был на волосок от гибели. И, несмотря на весь этот танковый ад, а нахождение в танке во время боя можно сравнить с нахождением в адском котле, Деген старался запечатлеть происходящее в поэтических строках.

 

Ни плача я не слышал и ни стона
Над башнями надгробия огня.
За полчаса не стало батальона.
А я все тот же, кем-то сохраненный,
Быть может, лишь до завтрашнего дня.

 

Танкисты часто гибли, не сумевши выбраться из горящего танка, и сгорали вместе с ним. И потом из танка вытаскивали их неузнаваемые останки.

 

На фронте не сойдешь с ума едва ли,
Не научившись сразу забывать.
Мы из подбитых танков выгребали
Все, что в могилу можно закопать.

 

У него самого был подобный случай. В одном из боёв в Восточной Пруссии его танк подбили, раненный он с трудом сумел выбраться из танка до того, как в нём взорвались боеприпасы. Его оглушённого отбросило далеко от танка, где его затем подобрали и отвезли в медсанбат. Ремонтная команда, которая затем очищала танк от оставшегося в нём месива, посчитала весь экипаж погибшим, и на обелиске, установленном над братской могилой, было выгравировано и его имя. И ещё он заметил интересное явление. Большинство воевавшей молодёжи, будучи атеистами, не верящими в бога, перед боем мысленно обращались к кому-то свыше с мольбой остаться в живых.

 

Есть у моих товарищей танкистов,
Не верящих в святую мощь брони,
Беззвучная молитва атеистов:
"Помилуй, пронеси и сохрани".

 

Была у него на фронте и первая любовь. Юная разведчица однажды спасла его, вытащив раненого из танка. Они стали встречаться, между ними возникли любовные чувства, но, будучи оба совершенно неопытными, боялись, что в случае интимных отношений она может забеременеть, и её отчислят из армии. Затем военные судьбы их разошлись.

 

Мы нежность отдаем с неслышным стоном.
Мы не успели нежностью согреть
Ни наших продолжений нерожденных,
Ни ту, что нынче может овдоветь.

 

Несмотря на тяжелую фронтовую действительность, он продолжал писать между боями, желая оставить в памяти подвиги своих юных друзей, таких же мальчишек, как и он сам.

 

В жару и в стужу, в непролазь осеннюю
Мальчишки гибли, совершая чудо.
Но я, не веря в чудо воскресения,
Строкой посильной воскрешать их буду.
Рассказывать о них, о не оставивших
Ни формул, ни стихов, и ни потомков.

 

Его дважды представляли к званию Героя Советского Союза. В первый раз, после боя, в котором взвод под его командованием уничтожил 18 немецких танков. Второй раз при героизме, проявленном им при штурме Кенигсберга. Причём в этот раз к званию героя его представил сам командующий 3-м Белорусским фронтом генерал армии Иван Черниховский. Но оба раза этого звания ему не дали, ограничиваясь орденами. Причинами этого было, естественно, его еврейство.

 

Как он сам потом рассказывал, что во время войны он боялся не того, что мог погибнуть, а того, что кто-нибудь мог сказать, что еврей трус. Поэтому и лез при всех опасностях первым. Он перенёс многочисленные ожоги и ранения, после которых из его тела извлекли более двадцати осколков и пуль. А две пули, изъятие которых было опасно для жизни, так и остались в его теле, одна в голове, другая в руке. Его челюсть была раздроблена и собрана из отдельных частей, была изуродована его правая нога, приведшая к хромоте.

 

После последнего тяжёлого ранения 21 января 1945 года, полученного в боях в Восточной Пруссии, молодой, но уже бывалый воин-танкист, в звании лейтенанта, на груди которого сверкали пять боевых орденов, в т.ч. орден боевого Красного знамени, и многочисленные медали, в т.ч. почётная "За отвагу", получил инвалидность.

А шёл этому воину-герою, прошедшему через горнило испытаний и ставшему инвалидом, но всё же, оставшемуся в живых, всего двадцатый год.

 

Желание стать врачом у него не пропало, а, наоборот, в результате пребывания после многочисленных ранений в госпиталях, только укрепилось. Деген засел за учебники, чтобы восстановить знания, подзабытые за четыре года войны, сдал экстерном экзамены за 10-й класс, поступил в Черновицкий медицинский институт и окончил его с отличием. А было это в конце 1951 года, когда в советской стране, которую он, не щадя себя, защищал, во всю разгорелось пламя государственного антисемитизма, а в Украине, где он находился, в особенности.

 

После окончания института его распределили в какую-то "Тмутаракань" врачом-терапевтом. Деген соглашался ехать куда угодно, но врачом-ортопедом. Но во всех партийных и административных инстанциях, куда он обращался, ему отказывали. И только после того, как он случайно встретил однополчанина, ставшего офицером КГБ, узнавшего в нём прославленного танкиста, вопрос был улажен.

 

В дальнейшем ему пришлось приложить немало усилий и преодолеть множество препятствий, чтобы утвердиться в выбранной им профессии врача, ортопеда-травматолога.

В обстановке дикого антисемитизма ему приходилось отстаивать свою честь не только словесно, но и физически. Из-за своей хромоты Деген всегда ходил с палкой, которую использовал не только по прямому назначению, но и для защиты. А палка его была непростая, и представляла из себя трубку из нержавеющей стали, залитую свинцом. Такая тяжесть помогала ему тренировать мышцы, а когда опускалась на кого-нибудь, то тому было несдобровать.

 

Он работал в больницах и одновременно занимался исследованиями в медицинских НИИ. Он настолько преуспел в своей профессии, что в 1959 году осуществил первую в медицинской практике реплантацию конечности, а если более понятно - пришил отрезанную у рабочего на металлорежущем станке, руку.

 

Деген успешно занимался и научной работой, в 1965 году защитил кандидатскую, а в 1973 году докторскую диссертации. Причем его докторская диссертация впервые в медицине была посвящена магнитотерапии, т.е. он теоретически обосновал влияние магнитных полей на лечение опорно-двигательного аппарата. Кроме этого, он освоил методы лечения с помощью гипноза, и применял их на практике довольно успешно.

 

О Дегене можно сказать, что он обладал научно необъяснимыми свойствами экстрасенса. Быть может, это передалось ему генетически от отца, обладавшего подобными качествами. Несмотря на достаточно успешную практическую и научную работу, а у него было уже значительное количество печатных работ и выступлений на научных конференциях, давших ему и международную известность, ему всячески задерживали административный рост. Имея не только кандидатскую, но и докторскую степень, он находился на должности рядового больничного врача. Поэтому при первой же создавшейся возможности Ион Деген в 1977 году репатриировался в Израиль.

 

Здесь он успешно продолжил свою деятельность врача-ортопеда. Он лечил всех, вне зависимости от положения больного, будь то житель центра страны, поселенец или араб. Т.к. ему приходилось ездить и по территориям, где жили, те и другие, ему для возможной защиты, как бывшему боевому офицеру, выдали 15-ти зарядный американский пистолет марки "Ругер". И однажды, когда он ехал на своей машине в тех местах, то увидел, что попал в "кольцо", т.е. впереди и сзади его, на малой скорости, ехали арабские машины. Передняя мешала ему обогнать её и увеличить скорость, задняя не давала возможности развернуться. Тогда он высунул из окна своей машины левую руку с пистолетом, направленным на переднюю машину, и та быстренько умчалась вперёд. После этого он остановил свою машину и, прихрамывая, с пистолетом уже в правой руке, подошёл к также остановившейся задней машине. Направив пистолет на водителя, он на русско-ивритской смеси языков сделал ему соответствующее внушение, после которого тот простоял какое-то время, достаточное, чтобы Ион спокойно уехал.

 

Двадцать лет доктор Ион Деген занимался в Израиле профессиональной врачебной деятельностью. Многих травмированных людей в прямом смысле "поставил на ноги", многим помог справиться с недугами с помощью магнитотерапии и гипнотического внушения.

 

В Израиле он пользовался большим авторитетом не только как отличный врач, но и как прославленный воин-танкист. Он единственный из не служивших в израильской армии был зачислен в Общество израильских танкистов, отмеченных личным героизмом. В 2014 году в Мемориальном центре бронетанковых войск в Латруне состоялась премьера фильма о нём.

 

Хочется особо отметить и его литературную и общественную деятельность. Он продолжал писать проникновенные стихи о войне, а также интереснейшие прозаические произведения, публиковался в журналах, издаваемых в Израиле, России, США и других странах, выпустил ряд собственных книг. Был членом редколлегии журнала "Голос инвалида войны", участвовал в работе "Клуба инвалидов Армии обороны Израиля", был знатоком Торы и Танаха.

 

Ион Деген был истинным героем, честным, скромным и порядочным человеком, и навсегда останется в народной памяти, как отважный воин, благороднейший врач и талантливый поэт. Еврейская нация может гордиться этим своим сыном.

Проф. Феликс Сромин

 

Другие публикации автора

 

Памяти Иона Дегена (Юрий Солодкин)

Памяти Иона Дегена (Исанна Лихтенштейн)

 

Обсудить на форуме

 


 

Страница 14 из 34
ГлавнаяДневник мероприятийПлан на текущий месяц copyright © rehes.org
Перепечатка информации возможна только при наличии согласия администратора и активной ссылки на источник! Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.