автор лого - Климентий Левков Дом ученых и специалистов Реховота
(основан в июле 1991 года)
 
 
В Доме ученых и специалистов:
----------------
 
 
Архив
 
Дом ученых и специалистов Реховота
Научно-исследовательский центр
«Русское еврейство в зарубежье»

 

 

Чарльз Спивак, один из пионеров борьбы с туберкулезом в США[1]

 

Джиэн Абрамс    
(Денвер, США)    

 

"Каким то образом ему удавалось получать все необходимое для своих пациентов. Он был кудесник - это все, что я могу о нем сказать". Так отзывалась о своем отце 93-х летняя дочь доктора Чарльза Дэвида Спивака в интервью, данном в 1988 г. Похоже, что ее оценка была недалека от действительности. После смерти Спивака в 1927 г. его называли "одним из наиболее популярных деятелей американской медицины и видным представителем американской еврейской общины".

Врач, гуманист, писатель, публицист, лингвист, администратор, борец за общественную систему здравоохранения и решение других социальных проблем, доктор Спивак был человеком Возрождения своего времени. В первые два десятилетия ХХ века, будучи директором одного из крупнейших в США туберкулезных санаториев, он стал одной из ведущих фигур в деле борьбы с этим заболеванием. В то время туберкулез был одной из главных причин смерти в Америке, и штат Колорадо с его сухой и солнечной погодой, получил название "всемирного санатория", куда съезжались тысячи туберкулезных больных в надежде исцелиться от недуга.

Когда Спивак родился в России в 1861 г. в ортодоксальной еврейской семье очень скромного достатка, не было никаких оснований предположить, что он станет столь заменит в Америке. Хаим был единственным выжившим из 11 детей Деворы Спиваковской. Его детство и юность прошли в России, где он получил традиционное еврейское образование. Будучи способным к языкам, Хаим свободно владел русским, идиш и ивритом. В тайне от родителей он читал газеты и классическую литературу, включая произведения писателей еврейского Просвещения. Благодаря интенсивному самообразованию, юноша сдал экзамены и поступил в старший класс русской гимназии.

Подобно многим молодым еврейским интеллектуалам того времени, он был против репрессивного царского правительства и существующих социальных порядков, в особенности калечащих жизнь ограничений, которым подвергались евреи. В то же время, он глубоко почитал русский язык и русскую культуру. Спивака привлекала идея утопического будущего своей страны, в котором все сословия и национальности будут жить в достатке и согласии.

В юношеском возрасте он стал членом радикального социалистического кружка. Хаим принадлежал к сравнительно небольшой группе молодых российских евреев, которые восприняли идеи социализма еще до приезда в США. На собраниях кружка Хаим и его друзья горячо обсуждали злободневные проблемы и читали радикальную литературу, включая американскую Декларацию независимости. Один из них вспоминал, что Спивак "был ироничным и обладал чувством юмора. К тому же, он хорошо владел пером". Хаим писал яркие сатирические статьи для местного бюллетеня, которые предопределили его будущий успех в качестве публициста. Они же привлекли к нему внимание властей, которые установили за ним слежку.

Под угрозой ареста за политическую деятельность, Спивак в 1882 г. покинул Россию. Он и его приятель были тайно перевезены в поезде через границу, затем достигли Гамбурга и отплыли в Нью-Йорк, куда и прибыли в мае 1882 г. На этом же пароходе был Абрахам Каган, в будущем известный писатель и редактор крупнейшей газеты на идиш Jewish Daily Forward, дружбу с которым Хаим сохранил на долгие годы.

Поначалу жизнь в Америке, на этой "золотой земле", как ее называли иммигранты, не была легкой для Спивака. Он думал вступить в еврейскую сельскохозяйственную колонию[2] , но этот план не осуществился. Подобно другим еврейским иммигрантам из Восточной Европы, Спивак быстро обнаружил, что дороги в Америке не только не вымощены золотом, но, что повергло его в шок, он сам же должен был их мостить, и отнюдь не этим драгоценным металлом. Именно такой была его первая работа на 5-ой Авеню в Нью-Йорке; потом наш герой разгружал вагоны и этим зарабатывал на жизнь.

Как и многих иммигрантов, временами его одолевали чувства одиночества и отчаяния. Спустя 20 лет он вспоминал: "После насыщенной политикой жизни в России и разочарований в наших идеях, мы, первые российские иммигранты, чувствовали себя в Америке потерянными _ без цели, без будущего..."

Поворотный момент в судьбе Спивака наступил в 1883 г., когда он стал рабочим суконной фабрики в Лисбон Фолсе в шате Мэйн. Работа была изнурительной, часто по 12 часов в ночную смену, с мизерной оплатой в полтора доллара в день, но его согревало дружеское отношение местных жителей. Здесь Хаим превратился в Чарльза, и его новые друзья настоятельно советовали ему научиться, по их выражению, "говорить по-американски". В Лизбон Фолсе 22-х летний еврейский иммигрант усиленно занимается английским. Впоследствии он стал ярким оратором и отличным англоязычным публицистом, но сохранил любовь к родному идиш на всю жизнь, и доказательством тому было его соавторство в создании популярного идиш-английского словаря в 1911 г. Именно в Мэйне зародилась любовь Спивака к Америке. Он писал редактору местной газеты, что жизнь в Лизбон Фолсе была "начальной школой американской демократии, в которой я изучил язык и нравы людей этой величайшей в мире республики. Каждый ваш житель внес вклад в то хорошее, что есть во мне".

Политические взгляды Спивака существенно изменились уже после первого года пребывания в Америке. Радикальный революционер стал превращаться в умеренного социал-демократа и пылкого американского гражданина.

В 1884 г. Спивак на короткое время вернулся в Нью-Йорк, затем уехал в Нью-Джерси, где недолго работал сельскохозяйственным рабочим и учителем в еврейской колонии. Отсюда его путь лежал в Филадельфию, где началась новая глава жизни Чарльза.

На собственном опыте Спивак убедился, что быть рабочим в США, даже на тяжелых работах, это далеко не то, что быть рабочим в России, и что политические взгляды, усвоенные им в России, зачастую неприменимы на его новой родине. Как заметил один остроумец, "все социалистические утопии улетучиваются в соприкосновении с американским ростбифом и яблочным пирогом". По словам одного из друзей Спивака, в Америке "он открыл новый мир. Здесь революции были не нужны. Возможности для успеха были открыты для всех".

Эти новые возможности предстали перед Чарльзом в Филадельфии, где он работал библиотекарем, учителем и иногда красильщиком шкур - все для того, чтобы содержать приехавшую мать и платить за учебу в медицинском колледже. Спивак решил, что, когда он станет врачом, перед ним откроются новые пути служения людям. На протяжении всей жизни он рассматривал медицину скорее как призвание, чем профессию, дающую средства к существованию. Если на улицах Нью-Йорка, на текстильной фабрике в Мэйне и в сельскохозяйственной колонии в Нью-Джерси он получил начальное представление о том, что такое Америка, то десять лет жизни в Филадельфии завершили его "высшее образование" в этой области. Здесь развились его задатки лидера, выкристаллизовались политические взгляды и началась успешная медицинская карьера.

Спивак закончил с отличием медицинский колледж Jefferson в 1890 г. Он стал любимцем местной общины евреев-выходцев из Германии, для которых молодой доктор был моделью русского иммигранта, "добившегося этого" в Америке. Он также становится популярным оратором и видным деятелем общины восточно-европейских евреев, с которыми он никогда не порывал связей. Несмотря на религиозный агностицизм, в числе его близких друзей и союзников был Сабато Мораис, духовный лидер старейшей ортодоксальной синагоги в Филадельфии. Имея обширную частную практику и будучи руководителем отдела гастроэнторологии в филадельфийской Политехнической клинике, Спивак вместе с двумя коллегами-евреями открыл бесплатную амбулаторию для бедных иммигрантов. Три доктора принимали еженедельно около 50 больных и выдавали им рецепты лекарств всего за 25 центов.

В Филадельфии Спивак встретил и полюбил Дженни Чарски, яркую и привлекательную еврейку-иммигрантку из России, которая была младше его на 10 лет и исповедовала радикальные анархистские идеи. Они поженились в 1883 г. в соответствии с ортодоксальными еврейскими традициями, хотя оба относились к религии весьма сдержанно. Когда вскоре у них родился сын, он прошел традиционный обряд обрезания. Через два года, в 1895 г., у супругов появилась дочь, они переехали в более просторный дом и стали типичными представителями американского среднего класса.

В Филадельфии продолжалась дальнейшая эволюция политических взглядов Спивака. В начале 1890-х годов он лечил русского радикала и будущего идишистского писателя Леонида Кобрина, который работал в "свитшопе" и получил травму руки. Вылечив пациента, доктор дал ему твердый совет относительно радикальной политики и взглядов. Он предупредил друга-писателя, что анархизм непрактичен и слишком сосредоточен на туманных идеалах, что лучше заняться улучшением сегодняшней жизни и отойти от радикальных идей, как это сделал он сам. Хотя идеализм и приверженность к реформам никогда не покидали Спивака, он все чаща подчеркивал важность того, что может улучшить жизнь людей здесь и теперь по сравнению с далекой утопией.

С годами Дженни и, в особенности, Чарльз, проявляли все больший интерес к своим еврейским корням, и в этом тоже проявился противоречивый характер Спивака. Будучи ассимилированным евреем и "стопроцентным американцем", он поначалу отвергал многие еврейские традиции, однако постепенно вернулся к некоторым из них. Говорят, что доктор всегда покупал новый набор посуды на Пасху и платил взносы в денверские синагоги. Его дочь Дина вспоминала, что "папа был религиозен на собственный лад". Ей вторила внучка: " Дедушка был глубоко религиозным человеком, но не во всем следовал книжным законам". Что мы знаем наверняка - это то, что Спивак искренне верил в идеалы иудаизма, основанные на справедливости и милосердии.

Ключом к пониманию его возросшей религиозности была свобода, обретенная им в Америке. В России отрицание религии было связано с неприятием государственного устройства. Как заметил один из современников Спивака, "молодежь в России восставала против власти церкви и государства. Мы отстранялись от веры отцов... и отвергали все - и ценное, и не столь важное, что было в старых учениях". Однако в США, где граждане пользовались свободой религиозных отправлений и религия была отделена от государства, многие нашли привлекательным соблюдение религиозных традиций хотя бы в качестве элемента культурной идентификации.

В 1896 г. начинается новый и наиболее важный период в жизни доктора Спивака. В этом году у Дженни обнаруживают начальную стадию туберкулеза, и Чарльз принял нелегкое решение переехать в Денвер, штат Колорадо, в надежде на то, что она здесь поправится. Отъезд Спивака из Филадельфии расценивался, как большая потеря для города, где он снискал репутацию прекрасного клинициста, исследователя, практикующего врача и видного деятеля местной еврейской общины.

Спивак был в числе многих других врачей, приехавших в Колорадо на рубеже веков. К этому времени в штате проживало около трети всех американских врачей. Их привело сюда не только стремление улучшить материальное положение, но зачастую состояние собственного здоровья или здоровья близких, как это было в случае Спивака.

Радушный прием, оказанный Спивакам в Денвере, отражал благожелательное отношение к евреям, приехавшим жить и работать на американском Западе, где они рассматривались как носители морали, культуры и порядка в этих мало обжитых и населенных местах.

Вскоре по приезде в Денвер, Спивак приобретает известность, как диагност и завоевывает уважение коллег как доктор, использующий в своей практике новейшие достижения медицины и глубоко понимающий нужды пациентов.

Уже в первый год он становится помощником профессора на факультете медицины денверского университета, а также профессором анатомии и главой отделения гастроэнторологии.

Спивак был первым профессором-евреем местного университета. Его лекции по такому скучному предмету как анатомия, пользовались большой популярностью у студентов. Как говорил один из них, "мертвые кости, мускулы, нервы и кровеносные сосуды обретали в его лекциях новую жизнь и как бы начинали функционировать заново".

Ч.Спивака избрали секретарем медицинского колледжа в Денвере и Арапахо в 1897 г. и президентом Колорадского медицинского общества в 1902 г. Его статьи публиковались в респектабельных научных журналах. Некоторые из них носили интригующие названия, как например, "Желудок сигнализирует. Почему? С чего начинать исследования?", которая появилась в обычно серьезном Журнале Американского медицинского общества в 1905 г.

Он был инициатором создания единого медицинского каталога, в который поступали все научные публикации из местных медицинских библиотек. Эта новаторская инициатива получила повсеместно высокую оценку. Он же редактировал издававшийся в Колорадо журнал Медицинские библиотеки и популяризировал достижения медицины и гигиены. Для своего старого приятеля Абы Кагана и его газеты Jewish Daily Forward он пишет серию статей о личной гигиене, одна из которых называлась "Не ложись в чистую постель с грязными ногами".

В 1880-е годы поток больных устремился в Колорадо, хотя здесь не было ни одного туберкулезного госпиталя, и все заботы о них ложились на местные религиозные и этнические общины. Туберкулезники буквально умирали на улицах города, когда Френсис Джейкобс, немецкая еврейка, занялась организацией Национального еврейского госпиталя. Ее называли "матерью благотворительности" за неустанную и обширную филантропическую деятельность, но она не дожила до открытия госпиталя. Когда Спивак прибыл в Денвер, госпитальное здание было уже возведено, но оставалось бездействующим, так как для его оборудования требовались дополнительные средства. Благодаря усилиям немногочисленной еврейской общины Денвера, госпиталь был все же открыт в 1899 г. Хотя официально это медицинское учреждение не отдавало предпочтения никаким этническим группам, большинство его пациентов были малоимущие евреи-эмигранты из Восточной Европы, которые заболели туберкулезом в крупных густо населенных городах восточного побережья США. Деятельность Спивака была тесно связана с этой группой больных.

Лечение в Национальном еврейском госпитале было бесплатным и соответствовало лучшим медицинским стандартам своего времени. Однако его деятельность регулировалась строгими правилами, основанными на новейших понятиях об эффективности, которые применялись ко всему без разбора, включая благотворительность. Следуя этим новомодным идеям, в госпиталь принимали только больных с начальной формой туберкулеза, у которых были хорошие шансы на выздоровление, и на срок не более 6 месяцев. Пациенты должны были иметь при себе 50 долларов, на которые они могли бы вернуться домой без помощи местной еврейской общины. До 1923 г. госпиталь не обеспечивал больных кошерной пищей, утверждая, что блюда, включающие яйца, мясо и молоко, наиболее полезны для больных туберкулезом. Это было прямым нарушением законов кашрута и оскорбляло религиозные чувства евреев-эмигрантов из России, многие из которых были ортодоксами. Более того, восточно-европейские евреи чувствовали, что руководство госпиталя относится к ним, как к бедным родственникам.

Спивак приложил много усилий, чтобы изменить госпитальные правила. Он настаивал на том, что нельзя бросать на произвол судьбы больных с поздними стадиями туберкулеза, что это противоречит еврейской традиции милосердия, и установленные правила являются выражением благотворительности, основанной "на рассудке, а не на велении сердца". Потерпев неудачу в попытках изменить политику госпиталя, Спивак установил контакт с организацией малоимущих еврейских иммигрантов, многие из которых были больны туберкулезом. Когда обнаружилось, что они собрали всего один доллар и десять центов на строительство нового еврейского санатория, Спивак и несколько его коллег обещали поддержку этому проекту. На первом собрании учредителей в 1903 г. Спивак был избран секретарем или, по современной терминологии, исполнительным директором вновь созданного санатория Еврейского общества помощи больным туберкулезом.

Вплоть до своей смерти в 1927 г., Чарльз оставался во главе санатория[3], и взгляды руководителя отчетливо проявились во всем, начиная с решения любой медицинской проблемы до установления правил общения персонала с пациентами и сбора пожертвований. Его социалистическое прошлое и обостренное, свойственное евреям, чувство ответственности перед больными и неимущими выразились в совете, данном участнику компании по сбору средств для санатория: "Не трать много сил на то, чтобы встретиться с нашими богатыми собратьями. Если мы хотим, чтобы санаторий был народным, он должен полностью содержаться на деньги народа. Давайте собирать с миру по нитке".

Относительно лечения пациентов, Спивак, по словам современника, был "пионером в применении новых методов лечения больных и бедных". Это нашло отражение в девизе санатория, взятом из Талмуда: "Тот, кто спасает одну жизнь, спасает весь мир". С самого начала Спивак провозгласил, что санаторий намерен "проводить политику, в корне отличную от политики родственных организаций, и полностью исключить из его деятельности все, что напоминало бы пациентам, что они - нахлебники общества". Санаторий не только предоставлял бесплатное лечение, но, по настоянию Спивака, провозгласил принцип, что независимо от финансового положения больного, он обязан внести свой посильный вклад в лечение менее состоятельного собрата по несчастью. Иными словами, план Спивака по охране здоровья основывался на скромных пожертвованиях тысяч людей, в основном представителей трудящихся классов, а не на государственных субсидиях.

Спивак был одним из первых врачей в США, который понял важность создания для пациентов условий, учитывающих их этническую и религиозную принадлежность. В санатории они продолжали соблюдать традиционные религиозные обряды, и, в то же время, получали знания о нравах и обычаях новой страны. При его участии многие пациенты проходили культурную адаптацию, в ходе которой старые традиции мирно уживались с современностью - этому принципу следовал и сам Спивак.

Взгляды Спивака на жизнь были уникальной смесью идишкайт[4], социализма и общечеловеческих ценностей. Он чувствовал себя в своей тарелке, проводя традиционный пасхальный ужин для пациентов, разъясняя Шекспира или празднуя с большим энтузиазмом национальный американский праздник День 4 июля.

Путь Чарльза от российского радикала до уважаемого американского врача был не совсем обычным и представлял альтернативную модель аккультуризации иммигранта, достойную изучения. Она предполагает взаимовлияние иммигранта и окружающей его культурной среды. На примере Спивака можно проследить, как эмигранты, которые покинули свои страны в поисках свободы и обрели ее в США, формировали американскую историю. Спивак полностью воспринял американскую культуру, но сделал это весьма своеобразно - ему удалось совместить русскую, еврейскую и американскую идентичности. Не в пример многим другим представителям первого поколения еврейских иммигрантов, полностью отказавшимся от своих национальных корней, Спивак сохранил связи и с иудаизмом, и со своими собратьями-евреями.

Когда он умер в 1927 г., его оплакивала вся американская еврейская община, в жизни которой он сыграл столь важную роль; отмечались также его выдающиеся заслуги в борьбе с туберкулезом. Противоречивый дух Спивака проявился и в завещании, согласно которому его внутренние органы должны были быть захоронены на еврейском кладбище Golden Hill в Денвере, а скелет отправлен в анатомический театр Еврейского университета Палестины. Похороны прошли в соответствии с волей покойного. Его старый приятель и коллега, доктор Хиллковиц[5] , мрачно шутил, что Спивак продолжает преподавать анатомию студентам Еврейского университета в Иерусалиме и после своей смерти.

Изучая жизнь Спивака, я оценила остроту его интеллекта, впечатляющий список достижений и публикаций и, в особенности, глубину сочувствия ко всем, кто в нем нуждался. Один из коллег Спивака сказал о нем: "Доктор Спивак был редким человеком, излучавшим с самого начала знакомства доверие и дружелюбие. Его лучезарная улыбка, теплое рукопожатие вызывали у вас желание приветствовать его словами: "Шалом алейхем[6], Хаим. Где ты был все эти годы? Как много я потерял, не зная тебя раньше!""

Мне жаль, что я не встретила доктора Спивака, но я рада возможности познакомить вас с его жизнью.

июль, 2011 г.   

Copyright © Джиэн Абрамс    
(Денвер, США)    


*   *   *

Приложения[7]

 

[1] Лекция, прочитанная проф. Д.Абрамс на одиннадцатых Мемориальных чтениях по еврейской истории в университете г. Денвера в феврале 2010 г. Авторизованный перевод с английского Э.Зальцберга.

[2] О еврейских сельскохозяйственных колониях в США и Америке см:

А.Менес. Ам-олам - вечный народ // Русские евреи в Америке (РЕВА).

Кн.2. Ред.-сост.Э.Зальцберг. Иерусалим-Торонто-Санкт-Петербург. 2007. С.9-27; Э.Путятина. Эмиграция евреев из России в Южную Америку в конце XIX - начале XX вв.// РЕВА.

Кн.3. Ред.-сост. Э.Зальцберг. Иерусалим-Торонто-Санкт-Петербург, 2009. С.9-23. Прим. ред.-сост.

[3] Руководимый д-ром Спиваком санаторий был, по существу, целым комплексом, включавшим больничные корпуса, садово-парковые участки, водонапорную башню и ферму, которая снабжала больных свежей птицей, яйцами, молоком и овощами. На ферме на добровольных началах работали легко больные пациенты санатория. Прим. ред.-сост.

[4] Идишкайт (идиш) - вековой уклад жизни, язык идиш, культура восточно-европейского еврейства. Прим. ред.-сост.

[5] Филип Хиллковиц (ум.1948) родился в России, ребенком вместе с родителями иммигрировал в США. В 1897 г. окончил медицинский колледж в г.Цинциннати и в том же году начал практивовать в Денвере. С 1904 г. по 1948 г. был президентом Евр.о-ва помощи больным туберкулезом и в течение многих лет руководил вместе с д-ром Спиваком санаторием о-ва. В качестве доктора участвовал в Первой мировой войне. Владел 14 языками. Прим. ред.-сост.

[6] Шолом алейхем (идиш) - мир вам. Прим.ред.-сост.

[7] Приложения 1 и 2 составлены Э.Зальцбергом по материалам монографии: Jeanne E.Abrams. Dr.Charles David Spivak. A Jewish Immigrant and the American Tuberculosis Movement. UP of Colorado, 2009.


*   *   *

 

1. Выборочный список публикаций д-ра Ч.Спивака.

 

C.D.Spivak. The Union Catalogue of Medical Books and Some of the Private Medical Libraries in the City of Denver (Единый каталог медицинской литературы и некоторые частные медицинские библиотеки в г.Денвере). The Colodado Medical Journal 3 (1897): 214.
   Dr. Charles Spivak. Rest _ a Neglected Factor in the Treatment of Gastro-Intestinal Disorder (Отдых _ забытый фактор в лечении гастроинтестинальных нарушений). Journal of the American Medical Association 21 (July 30, 1898): 216.
   Spivak, Dr. Charles. The Medical Libraries of the United States (Медицинские библиотеки в США). Medical Libraries Supplement (January 1899):1.
   Spivak, Dr.Charles. Medical Reprints (Оттиски медицинских статей). Journal of American Medical Association 39 (1902):1018.
   Dr. C.D.Spivak. Pulmonary Tuberculosis, the Care of Advanced Cases- a Plea for Scientific, Practical and Humane Methods of Eradicating the White Plague (Туберкулез легких. Лечение тяжелых случаев _ призыв к научным, практическим и гуманным методам искоренения этой болезни).The Sanotorium 1 (May 1907): 65 __66.
   C.D.Spivak. The Genesis and Growth of the Jewish Consumptive Relief Society (Возникновение и рост Еврейского общества помощи больным туберкулезом). The Sanatorium 1 (January 1907): 5; (September 1907):139.
   Dr.Charles Spivak. Past Mortem Examination Among the Jews _ A Historical Sketch and a Plea to Jewish Physicians (Посмертное освидетельствование евреев _ исторический очерк и призыв к врачам-евреям). New York Jornal of Medicine (June 13, 1914):1185.
   C.D.Spivak. The Jews of West Colfax (Евреи с улицы West Colfax). The Denver Jewish News, March 12, 1915,10.
   C.D.Spivak. Why Jews are not Prohibitionists (Почему евреи против запрещения продажи спиртных напитков). The Denver Jewish News, January 7, 1916, 1 _ 2.
   C.D.Spivak. Rabbi Hirshberg He Does Not Like Yiddish (Рабби Хиршберг, который не любит идиш). The Denver Jewish News, May 5, 1916, 140.
   Dr.C.D.Spivak. Meeting the Problem of the Indigent Tuberculosis Among the Jews (Проблема неимущих-больных туберкулезом среди евреев). The Sanatorium 13 (January _ March 1919) :3.
   Dr.C.D.Spivak. Sholom Aleihem and When the Editor Is Away (Шолом Алейхем и Когда редактор в отъезде). The Sanotorium 14 (October __December 1920): 34
    C.D.Spivak. The Federated Jewish Charities Movement in the United States (Централизованная еврейская благотворительность в США). The Sanatorium 15 (October _ December 1921): 41 _ 45.
   C.D.Spivak. The Mortality of the Jews in Denver (Смертность среди евреев Денвера). The Sanatorium 18 (January _ March 1924) :6.
   Dr.C.D.Spivak. Contribution of Colorado Jewish Physicians to Medical Literature (Вклад врачей-евреев Колорадо в медицинскую литературу). The Denver Jewish News, July 24, 1924, 10.
   Dr.C.D.Spivak. The JCRS Launches a New Enterprise, a Home for All Ex-Patients Who Are Working (Еврейское общество помощи больным туберкулезом начинает новый проект _ дом для работающих бывших пациетнов). The Sanatorium 18 (October _ December 1924): 91.
   Spivak, Dr. Charles. A Bio-Ethnological Study of the Organized Medical Profession of the State of Colorado (Био-этнологическое исследование лиц медицинской профессии в штате Колорадо). Colorado Medicine 23 (1926): 188 _ 194.

 

Часто упоминаемый в списке The Sanatorium _ журнал, издававшийся в Денвере Еврейским обществом помощи больным туберкулезом. Ч.Спивак был его редактором с 1911 г. и постояныым автором. Он был также одним из основателей и первым редактором еврейской газеты The Denver Jewish News.


*   *   *

 

2. В лекции проф.Абрамс не нашло отражения интересное событие в жизни Ч.Спивака, описанное в ее книге о нем _ шестимесячная поездка доктора в 1920 г. в послевоенную Польшу в качестве эмиссара "Джойнта" по вопросам здравоохранения еврейского населения страны. Спивак посетил не только Польшу, но и оккупированные ею территории; он побывал в Варшаве, Вильно, Минске, Бобруйске, Киеве и других местах, посетил множество частных домов, приютов и медицинских учреждений, встречался с простыми людьми, видными еврейскими общественными и религиозными деятелями, врачами. По результатам поездки он составил отчет, в котором описал бедственное положение медицинского обслуживания еврейского населения Польши и прилегающих территорий и указывал меры по его улучшению, среди которых особенно подчеркивал необходимость внедрения широких образовательных программ по вопросам личной гигиены и санитарии.


*   *   *

 

3. В качестве приложения мы публикуем некролог Ч.Спиваку, написанный его коллегой и другом доктором Ф.Хиллковицем и напечатанный в журнале The American Review of Tuberculosis. National Tuberculosis Association, American Trudeau Society, #16, 1927. Сокращенный авторизованный перевод с английского Э.Зальцберга

 

Чарльз Дэвид Спивак (1861 - 1927)

 

Со смертью доктора Спивака в Денвере 17 октября 1927 г. движение за создание туберкулезных санаториев потеряло одного из своих пионеров и бескомпромиссного борца. Он поселился в Денвере в 1896 г. и жил здесь до самой смерти. Вскоре по приезде в Колорадо Чарльз активно включился в общинную и профессиональную жизнь. Он читал лекции по анатомии на медицинском факультете Денверского университета и позднее возглавил отдел гастроэнторологии этого же факультета. Как специалист в области лечения желудочно-кишечных заболеваний, он заслужил репутацию отличного лечащего врача и пытливого исследователя, часто публиковавшегося в медицинских журналах.

Доктор Спивак был плодовитым автором. Согласно данным, опубликованным в 1921 г. в юбилейном (по случаю 50-тилетия) номере журнала Колорадского медицинского общества, список его работ включал 75 публикаций. Следует отметить, что сам этот номер вышел благодаря настойчивости и энергии доктора Спивака. Статьи Чарльза не ограничивались медицинской тематикой. Он был человеком разносторонних интересов, и ничто человеческое было ему не чуждо. Хорошее знание иврита и талмудических текстов и знакомство Спивака с известным идишистским поэтом Ехоашем привели к публикации ими cовместной работы, посвященной употреблению ивритских выражений в языке идиш. Спивак часто печатал популярные статьи на медицинские темы в газетах на идиш. Его энергия находила применение и в области литературы. Так, он рецензировал исследования по теме "Образ врача в литературе", в которых рассматривались представители медицинских профессий в произведениях Шекспира, Мольера и других видных драматургов и писателей.

Его главные достижения связаны, однако, с борьбой с туберкулезом, которой он посвятил более двух десятилетий своей жизни. Чарльз был одним из учредителей Еврейского общества помощи больным туберкулезом и, со времени его основания в 1903 г. и до своей смерти, состоял его бессменным секретарем и определял его политику. Санаторий общества был основан в 1904 г., когда распространенным было мнение, что лечить следует только больных с начальной стадией туберкулеза. В те времена считалась ересью сама мысль о том, что в медицинских стационарах можно лечить больных и с начальной, и с развитой формами заболевания. Доктор Спивак, движимый сочувствием, которое было неотъемлемой частью его натуры, проповедовал среди членов еврейской общины именно эту идею, и она нашла поддержку. Впечатляющее развитие санатория от шести палаток в 1904 г. до оборудованного современной техникой медицинского учреждения, рост числа коек с восьми до трехсот, обеспечение работой в санатории 75 бывших пациентов - все это свидетельства гуманности и проницательности доктора Спивака.

Его любили все, кто соприкасался с ним. Мягкость характера, сочувствие к больным и нуждающимся делали Чарльза движущей силой в сфере социального обеспечения, и его боготворила вся еврейская община, особенно ее малоимущая часть.

Вместе с учеными, боровшимися с туберкулезом медикаментозными средствами, доктор Спивак был организатором системы медицинских учреждений для планомерного лечения больных, пораженных этим недугом. Когда будет написана история борьбы с туберкулезом, Чарльз Дэвид Спивак займет в ней достойное место как создатель современных туберкулезных санаториев.

доктор Ф. Хиллковиц    
некролог напечатан в журнале    
The American Review of Tuberculosis.     
National Tuberculosis Association,     
American Trudeau Society
, #16, 1927. Сокращенный    
авторизованный перевод с английского Э.Зальцберга

 

НИЦ «Русское еврейство в зарубежье»

 

Обсудить на форуме

 


 
Страница 3 из 4
  ГлавнаяДневник мероприятийПлан на текущий месяц     copyright © rehes.org
Перепечатка информации возможна только при наличии согласия администратора и активной ссылки на источник! Редакция не несет ответственности за отзывы, оставленные посетителями под материалами, публикуемыми на сайте. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.